В древнегреческом языке существовало сразу несколько слов для обозначения любви: «филия» (φιλία —  дружеская привязанность), «агапе» (ἀγάπη — жертвенная любовь-самоотдача) и «сторге» (στοργή — семейная, родственная любовь). Однако самым главным  и сложным понятием в античной культуре был «эрос» (др.-греч. έρως — любовь, влечение) —  мощная любовная страсть, персонификацией которой в античной мифологии был бог половой любви Эрот. Изначально эрос понимался как страстное, захватывающее вожделение и стремление к обладанию. В архаической мифологии он представал как могущественная первородная сила, преодолевающая хаос и заставляющая элементы мироздания сливаться воедино. 

Свое философское оформление эрос получил благодаря Платону, прежде всего в его диалогах «Федр» и  «Пир»,  последний можно считать  энциклопедией греческой любви. У Платона эрос — это уже не просто слепое сексуальное влечение или мистическая сила природы, как это было  у древнегреческих поэтов. Устами Сократа эрос концептуализируется Платоном как  универсальный принцип духовного восхождения. Эрос рождается из нехватки (как сын богини бедности Пении), но он ловок, смел,  и вечно стремится к прекрасному (как сын  бога изобилия Пороса). Поэтому любящий всегда стремится к тому, чем сам не обладает. Это неутолимое желание обрести полноту делает эрос главным двигателем человеческой души на пути к совершенству.

Платоновский эрос подобен лестнице («лестница любви»), по которой душа поднимается от материального к идеальному. На первой ступени эрос влечет человека к красивому телу, затем — ко всем прекрасным телам вообще. Но на этом философский эрос не останавливается: от физической красоты он переходит к любви к бестелесному — прекрасным душам, затем к законам и наукам, пока, наконец, не достигает высшей точки — созерцания вечной, абсолютной Идеи Красоты и Блага. Таким образом, у Платона чувственное вожделение парадоксальным образом становится отправной точкой для познания высшей Истины. Для Платона эрос — это также метафора философствования: философ движим любовью — любовью к мудрости.

В диалоге «Федр» Платон называет эрос одним из четырех видов «божественного безумия». Это состояние, в котором душа, вдохновленная любовью, «отращивает крылья» и вспоминает то время, когда она пребывала в мире вечных идей до своего воплощения в теле. В системе  античного платонизма эрос становится мостом между миром изменчивых вещей и миром вечных смыслов, превращая любовь из физиологического акта в предельный гносеологический и онтологический опыт.

Примечательно, что, по Аристотелю, бог не субъект любви, но лишь её объект, поскольку античный эрос — это всегда любовь «снизу вверх», от менее совершенного к более совершенному. Когда мы любим за что-то, что делает нас совершеннее, мы реализуем античный механизм эротической любви.

В платоновом «Пире» есть провокационная для античности деталь: великий Сократ признается, что пониманию природы Эроса его научила… женщина! — жрица и чужестранка Диотима. Вверяя важнейший философский концепт женскому уму, Платон предстает здесь настоящим протофеминистом.

Но история оказывается еще пикантнее, если учесть, что Диотима — это, вероятно, не вымысел, а альтер эго реальной женщины — Аспазии Милетской. Эта блестящая чужестранка переехала в Афины в 20 лет и вошла в историю как влиятельная спутница могущественного Перикла. Забавный факт: по свидетельству Клеарха (ученика Аристотеля), до знакомства с Периклом юная Аспазия состояла в отношениях с молодым Сократом. Выходит, возвышенная платоническая любовь вполне могла вырасти из реального юношеского романа философа и образованной милетской эмигрантки.

Рецепция идеи: Филон Александрийский, Ориген, Плотин, Августин, Плифон, Марсилио Фичино, Фридрих Ницше, Зигмунд Фрейд

Культура.
Платоническая любовь (от лат. amor platonicus) — в современном понимании «платоническая любовь» часто сводится к привязанности без физического влечения, хотя сам Платон, вводя различение любви земной и небесной, вкладывал в эту концепцию совершенно иной метафизический смысл. У Платона, эрос вовсе не требует аскетического отказа от плоти, напротив, телесное влечение — это лишь первая и необходимая ступенька платонической «лестницы любви», после которой должно последовать его последовательное очищение и одухотворение.

Сам термин amor platonicus появился гораздо позже, в эпоху Возрождения, когда философ Марсилио Фичино назвал так союз умов, вместе ищущих божественную истину. И хотя мыслители Нового времени часто критиковали такой подход за искусственный разрыв между телом и духом, эта идея подарила миру великие культурные сюжеты.

В литературе классическим примером платонической любви считается образ Беатриче у Данте, где личное чувство перерастает в духовное руководство и путь к высшему смыслу; сходным образом у Сервантеса Дульсинея выступает не столько реальной возлюбленной, сколько идеализированным образом совершенства. В историческом контексте ренессансный вариант платонической любви часто усматривают в духовной близости Микеланджело и поэтессы Виттории Колонны, основанной на совместных религиозных и интеллектуальных исканиях. 

В русском Серебряном веке, под влиянием философии Владимира Соловьева (по сути, неоплатоника), платоническая любовь практикуется многими известными парами. Так Александр Блок, выстраивая отношения с женой Любовью Менделеевой, видел в ней не земную женщину, а мистическую Прекрасную Даму, воплощение Вечной Женственности. 

С течением веков сложная философская модель восхождения к абсолюту упростилась в массовом сознании, лишившись своей изначальной онтологической глубины. Тем не менее, мы унаследовали важнейшую мысль Платона: высшая форма любви базируется на созвучии умов и душ, превосходящем изменчивое материальное начало.

Искусство Ренессанса, барокко и классицизма.
Путти (ит. putto — маленький мальчик, малыш) — художественный образ обнажённых или полуобнажённых младенцев, который восходит к античным эротам, купидонам или амурам.

Литература.
В 1910 году писательница и психоаналитик Лу Саломе публикует дерзкую в своей откровенности книгу «Эротика», немедленно ставшую бестселлером. В ней автор пытается философски осмыслить эротическое как всепроникающую силу человеческих отношений, выходящую далеко за пределы узкого понимания сексуальности. Написанная ещё до личного знакомства с Фрейдом, эта работа уже мыслит эрос как изначальную энергию внутренней жизни, преодолевающую разделённость телесного и духовного. Эрос у Саломе становится универсальным принципом  психической жизни человека: он захватывает одновременно тело, чувство, воображение и дух. Схематично суть ее концепции можно свести к четырем идеям: эрос шире сексуальности; он соединяет тело и дух; он преобразует личность через опыт любви; он лежит в основании самых глубоких душевных движений человека. 

В книге Саломе вступает в диалог с античной традицией, где эрос также понимался как фундаментальный принцип движения и всеобщей связи, но переводит её на язык модерной психологии субъекта, сосредоточенной на внутреннем опыте, конфликте и трансформации личности.  Не случайно Фрейд позднее переиздал эту работу: в ней античная философия любви уже соприкасается с будущим психоанализом.

Психоанализ. Эрос и Танатос.
У позднего Фрейда Эрос и Танатос — это два базовых влечения психики: Эрос (инстинкт к жизни) связывает, созидает и усложняет жизненные формы, тогда как Танатос (влечение к смерти) тянет к распаду, агрессии и возвращению живого в состояние неорганического покоя. Называя влечение к жизни Эросом, Фрейд явно отсылает к античной, прежде всего платоновой традиции, где Эрос тоже понимается как сила притяжения и преодоления разобщенности. Но есть принципиальное отличие: у Платона Эрос ведет душу вверх — к красоте, истине и благу, а у Фрейда он лишен метафизического измерения и мыслится просто как биопсихическая энергия, циркулирующая внутри организма.
Поэтому у Фрейда Эрос не способствует к духовному восхождению, а лишь временно сдерживает разрушительное давление Танатоса. 

Второй корифей психоанализа, Карл Густав Юнг, который одно время был ближайшим соратником Фрейда, не принял его концепцию Эроса и Танатоса, отвергая ее за биологический дуализм. Для него базовая психическая энергия (либидо) универсальна, нейтральна и способна направляться не только на биологическое выживание, но и на духовный поиск. В своем понимании человеческой души как стремления к высшей смысловой целостности (индивидуации) Юнг оказался гораздо ближе к возвышенному платоновскому Эросу, чем Фрейд.

Ценности и идеалы.
Концепция романтической любви. Эрос из «Пира» Платона — это стремление к высшему благу и красоте через любовь к конкретному человеку. Эта идея легла в основу романтической традиции Запада. Романтическая любовь часто представляется как духовный союз, в котором любящие видят в друг друге нечто высшее и вместе стремятся к совершенству.